всё чаще хочется себя поломать, ну или просто вытащить пушистого зайчика наружу и стать добрее, проще, приветливее, чтобы люди потянулись. А то всё чаще люди оттягиваются. На мне, при мне, по мне, от меня. Но как это сделать, если присутствуют эти раздражители? Скажите, я совсем нездорова, если меня просто бесит-бесит-бесит-тошниттошниттошнит от таких казалось бы нормальных выражений по отношению к человекам
1. Ты славный человечек (произносится со сладкой улыбкой)
2. Она классная девчонка. (произносится с похвальными интонациями с чётким ударением на звуки девЧЁнка)
буууЭЭЭЭ. Если когда я слышу первое, представляю крохотную зажатую девочку со странностями, то от второго вообще веет каким то пионерским костром. А у вожатой волосы блонд попаленные с чёрными корнями. Или группа "Мираж" вспоминается.
И ещё ассоциации с неискренностью и лестью.
Как с этим бороться? Ведь не должно быть повода для раздражения!
собачка:)
собираясь на Чёрное море, по страницам прошлогодней поездки, вспомнила свой любимый комикс.С собакой мы ранее знакомы не были и на съёмки не приглашали:)
Люблю танцевать
Есть только один вид танца меня имени меня самой. Тот, который я танцую под Снайперов с закрытыми глазами. Я иду по трем песням из двух альбомов: Рубеж - Рубеж, Цунами - На границе, Столица.Сегодня слышу "телефон как рубеж, отречение от собственных снов, просто жить рядом и чувствовать, что жив... когда пройдет много лет меня встретит хозяйка и посмотрит на часы... Мой дом сгорел, я оставил все, зачем я опять вернулся к тебе? Я представляю тех, с кем попрощалась цветными и черно-белыми осколками, которые я отодвигаю от своего внутреннего взора. В эти минуты я танцую в замысловатом вихре, и сама падаю, встаю, отвязываюсь, кричу, мои плечи дергаются в разные стороны и я застываю на полу под барабанную дробь.
Я возрождаюсь "На границе" под звуки воя собак и рыка, природная гармония, я тихо лежу в траве, отламываю стебель и отдаю его с закрытыми глазами невидимому человеку. Там, где бритые виски седины - моя мудрость помогает забыть близость, самой себе, у меня появляется предлог восстать под сенью неба, во сне, где перед богом, перед которым все люди едины, и неуловимое движение от прикосновения к невидимой точке на лбу. Слово есть бог, бог есть слово... и оно было первым. Хмурые мужи и плачущие женщины, я опять в тихой войне, и берегу нежно что-то, что дает мне в конце прийти к ласковой воде, летащие движения, я прыгаю высоко, мои руки сбивают все, что неосмотрительно оставила хозяйка этой квартиры, я сама. Я танцую так яростно и так женственно одновременно, будто захватываю своим танцем невидимого мужчину, который ждет меня на границе, там недостижимое послушное солнце, ложащееся в лоно земли. Я тебе подарю ломкий стебель травы, тонкий запах смолы, я там, в ласковой страсти, фантазии и полете...
Я возвращаюсь обратно при колокольчиках "Столицы", раненая птица летит во мне, я бьюсь как сердце, движения идут из сердечной чакры, ом, ом, ом.... голова непослушна, шея извивается, кто первый невозвращенец, ставший единым махом люблю... И быстрее в самолеты... высоты не бояться, я то крадусь, то летаю, мои руки там высоко, я словно, вальсирую сама с собой, показываю как я исчезаю из жизни, как у этого всего появляется тонкая грань. Меня нет, я раненый фриц, немеющая тоска. Случилась здесь поздно... я на легке, я сладкая нежная поступь невнятной, смолистой, увязшей в самой себе женщины, которая была обесценена на вертеле. Непонятная, невыслушанная, закрутившаяся в собственных чувствах и ритуалах, потерянная в небесах, ее след давно простыл, лишь легкая, быстрая, летающая, движения выгнутой спины и перерожденной сущности, которой уже нет, она тень... она летает вместе со звуками оркестра, гитары, стала неповторимой нотой, которая потом лишь закручивается в эхо... Эхо самой себя.... Я люблю танцевать Снайперов. Я узнаю каждый раз себя по-новому. Это, черт возьми, самый приятный опыт, поделиться своим внутренним миром с внешним.
В субботу. Танец со страхами.
